В мире, где древнерусские терема соседствуют с мерцающими неоновыми вывесками, а вместо коней по утоптанным дорогам гудят реактивные сани, живет Киберслав. Он не совсем человек, но и не машина — его тело, наполовину созданное талантливыми кузнецами-инженерами, способно на многое. Стальные мышцы скрыты под живой плотью, а один глаз видит не только мир вокруг, но и потоки данных, струящиеся по воздуху.
Беда пришла в стольный град нежданно: жестоко и загадочно прервался род княжеский. Кто посмел поднять руку на правителей? Шепчутся в темных переулках, что это дело рук озлобленного люда, измученного непосильной данью — не хлебом и медом, а чистой энергией для вечно жаждущих городских серверов. Другие, озираясь, клянутся, что виной всему — древняя нечисть, пробудившаяся в глубинах лесов. Говорят, твари эти ненавидят звон металла и гул механизмов, вторгшихся в их вековые владения.
Киберслав шагает по мостовой, где булыжник чередуется с панелями светящегося пластика. Его задача — найти правду, какой бы горькой она ни была. Каждый след — будь то царапина на бронированной двери, странный сбой в городской сети или обрывок старого заговора в цифровых архивах — может стать ключом. Он проверяет показания свидетелей, чьи воспоминания иногда усилены имплантатами, и изучает места преступлений, где рядом с обугленными плазменными зарядами могут лежать когти, не принадлежащие ни одному известному зверю.
Это расследование — не просто поиск убийцы. Это попытка понять, что угрожает хрупкому миру между старым и новым, между плотью и сталью, между светом разума и древней тьмой. От исхода этого дела зависит, вспыхнет ли в городе мятеж или из темных лесов хлынет такая напасть, против которой не устоят ни мечи, ни энергетические щиты. Киберслав торопится, ведь время, как и данные в сети, утекает безвозвратно.
